О. Белоус: Мне бы не хотелось, чтобы игра была только в наши ворота

Наша газета уже писала о том, что в конце июля в константиновский Горгаз пришел новый начальник. Напомним, что областное руководство, после известных трагических событий, прислало к нам Олега Юрьевича Белоуса, 1960 года рождения, закончившего Ростовский государственный университет и Макеевский инженерно‑строительный институт. Он последние три года возглавлял Старобешевское предприятия газового хозяйства, а до этого жил и работал в г. Славянске.
 

О. Белоус не сразу согласился быть персонажем нашей рубрики «Смотрите, кто пришел!», попросил подождать две недели для полной уверенности, что он здесь останется. И вот, по прошествии этого срока, новый шеф константиновского Горгаза отвечает на наши вопросы.

— Примите наши поздравления с назначением на новую должность. Мы понимаем всю сложность задач, стоящих перед Вами. Горгаз напоминает собой сегодня тяжко больного человека. Как Вы все‑таки согласились на это место работы?

— В нашей контрактной системе особого согласия никто не спрашивает. Эта система использует опыт, те или иные качества сотрудников для решения проблем организации. Поэтому, передо мной была поставлена задача и намечен фронт работ. Мне было сказано о том, что здесь большие проблемы с платежами, с учетом, большие потери газа. И, на мой взгляд, я уже подобрался к способу решения этих проблем, наметил для себя план. И один из его пунктов — создание положительного имиджа Горгаза. Потому что, судя по статьям в газетах (прежде всего в «Провинции»), все отстаивают интересы населения, потребителей. Горгаз же представляется в них структурой опасной и агрессивной. Хотя, если бы, например, тем же журналистам поручили собирать деньги, то какие бы они использовали инструменты в этой работе? Тоже доведение людям, что это необходимо, написание статей, доказательство своей правоты.

Но сейчас это поручено нам, а писать такие статьи у нас нет возможности. Нам некогда создавать себе имидж. Мы должны приходить и требовать. Конечно, мы не можем сказать, что наша работа построена идеально. И у нас очень много проблем, особенно чисто технических. Но мы все же рассчитываем на помощь местных органов власти, самих людей. Ведь не вина Горгаза, что люди не могут заплатить за газ. Но, почему‑то пресса всегда поворачивает так, что только наша структура во всем виновата. Поэтому, убедительно прошу деликатно подходить в вопросах взаимоотношений Горгаза с населением. Уж точно не выставлять нас врагами.

Потому что уже сейчас неудовлетворительные платежи подводят к тому, что зимой давление на город будет низким. Поэтому мы получили команду делать аварийный запас, подготовить пути подъезда аварийных машин. Вполне вероятно, что зимой будет ситуация, когда нам придется остро и быстро реагировать. Но у нас нет ни материалов, ни людских ресурсов, которым мы сейчас очень низкую зарплату выплачиваем. Зима будет очень сложной. Поэтому давайте будем союзниками. Не будет сборов, — зимой будем вместе мерзнуть. Ведь мы же одна громада и наши интересы во многом переплетены.

— Но Горгаз же монополист, имеет свой штат, областное мощное руководство, юристов и т. п. А кроме нас, зачастую, стать на защиту людей некому. Однако, без реакции Горгаза, ваших комментариев, газете не обойтись.

— Безусловно, обратная связь, как форма общения, должна быть обязательно. Я признаю, что на самом деле у нас много ошибок. И техника у нас старая, и информации много, которую нужно систематизировать (та же абонентская база данных), и программное обеспечение для нас дорогостоящий продукт, средства на который мы находим с трудом. Газовое хозяйство технически очень сложная система. Ведь все должны понимать, что то, что еще (стучит по дереву — ред.) ничего не случилось, это заслуга специалистов, которые работают по укороченной неделе, графикам. А ведь об этом почему- то никто не вспоминает.

Наша главная работа состоит из бесперебойного и безаварийного газоснабжения, а сбор средств — это наши дополнительные функции. Мы должны фиксировать платежи, а на самом деле занимаемся «выдиранием» этих денег.

Можно сказать, что мы сегодня исполняем даже какую‑то воспитательную функцию для населения. Прививаем культуру платежей, использования услуг.

— Это технические вопросы. Но как Вы думаете поднять дух коллектива?

— На самом деле проблема депрессивности и плохого настроения уже прошла. И рецепт был не сложен — посмотреть на свое рабочее место, свой инструмент, свой внешний вид. Коллектив почувствовал опять вкус к работе. Плюс к этому идет поиск тех элементов, которые мешают работе. Вот мы в кадровом и технологическом вопросе наводим порядок.

— О кадровом поподробнее. Говорят, что от Вас ушли хорошие специалисты. Например то, что заявления об уходе написали сын В. Пазио, сын его жены.

— Это так. Хочу сказать, что эти молодые люди очень порядочны. Мы с ними сели и по‑мужски поговорили. Поставили вопрос — где они. Если здесь, то оставайтесь, работайте, если чувствуете, что в другом месте вам более комфортно, — то определитесь. Т. е. за них никто не сделает выбор. И они ушли. Никто давления на них не оказывал.

— Подразумевается, ушли в коммерческую деятельность?..

— Конечно. Надо учитывать, что я с глубоким уважением отношусь к своему предшественнику. Как у любого человека, у него, конечно, были ошибки, но я о них не говорил и говорить не буду. Это был человек и профессионал с большой буквы. И детям его я всегда буду оказывать внимание и помощь.

Но любой человек когда‑то должен определиться, где ему хорошо. Они определились. Причем, это было сделано открыто.

— Что, на Ваш взгляд, нужно сделать, чтобы прекратить в городе анархию по установке кем угодно газового оборудования (мы об этом писали)? Ведь ситуация становится опасной и неуправляемой.

— Это вопрос технической культуры обращения с любой техникой. Константиновка — это сосредоточение интеллекта. Прошлое этого города позволяет надеяться, что нынешняя ситуация будет выправлена. Любой здравомыслящий человек должен понимать, что газовое оборудование — оборудование особого рода. Не случайно его установка, учет, обслуживание в целях безопасности поручены специализированным организациям. И это остается на сегодняшний день. Да, некоторые послабления сейчас введены в этот жесткий механизм. Я имею в виду то, что ответственность частично перенесена на собственников жилья. Но при этом норма соблюдения безопасности остается жесткой, как и во всем мире.

— При отсутствии контроля и неистощимом желании «накосить» денег, в городе работают теневые схемы по установке автономки. «Провинция» проводит свое расследование. Что по этому поводу думаете Вы?

— По большому счету, человек имеет право в своем жилье получать любую услугу. Устанавливать автономку люди стали потому, что холодно, подают тепло непонятно как и т. п. Потребность в этой услуге есть. А теперь посмотрим на возможность обеспечения этой услугой. Все дома в советское время строились каждый по своему проекту — где‑то было предусмотрено горячее водоснабжение, поэтому вентканалы вообще не предусматривались, где‑то газоснабжение предусматривалось максимум на 2 прибора (колонка и печь с духовкой). Что имеем сейчас — горячего водоснабжения нет, люди начинают пользоваться колонками. Значит потребление газа на этот дом увеличивается, а коллекторы, которые подводят газ к дому, не рассчитаны на такое количество потребителей. Причем, даже с учетом того, что в советское время строилось все с запасом надежности на 10 %. Вот такой процент жильцов и может поставить в доме себе автономки, и вентиляционная система будет справляться. Возникает вопрос коллектора. Нужно менять подводящие сети к домам. На мой взгляд, при решении этих проблем автономное отопление ставить можно.

— Как Вы думаете выстраивать отношения с органами местного самоуправления, а также управляющей компанией «Комэнерго» — фактическим балансодержателем и исполнителем услуг в домах многоквартирной застройки? Ведь мы знаем, что раньше Горгаз не очень ладил с городским руководством. Например, только Ваша структура не была освобождена горсоветом от госпошлины в суде.

— Вопрос непростой. Я постараюсь выстраивать свои отношения со всеми на основе существующих нормативных документов. Если получится установить личные отношения, с удовольствием использую и этот фактор.

— Есть информация, что Горгаз имеет большие проблемы в связи с несанкционированным фактом отбора газа. Объемы этого отбора настолько велики, что речь идет о промышленных «левых» потребителях.

— На сегодняшний день фактов, которые бы явно указывали на хищение газа, мы не имеем. Сегодня сложилась ситуация, когда учет ведется по населению, коммунально-бытовым объектам, предприятиям, бюджетным организациям. По комбыту и предприятиям у нас поставка и потребление газа совпадают. По бюджету тоже. А вот поставка и потребление населением у нас катастрофически разнятся. Причем, в летний период эта разница заметно снижается (например, в прошлом месяце мы план по сборам выполнили на 98 %). Но как только начинается похолодание — разница достигает громадной величины. Объяснение этому то, что люди, не имея счетчиков, начинают просто отапливать квартиры за счет духовки. Мы берем деньги по норме, а здесь ее перебирают. Второй фактор — откровенное воровство. Даже отключенные нами абоненты (их много, поэтому у нас не хватает людей их проверять), на 40 % при проверке опять выявляются с незаконным подключением. В любом цивилизованном обществе это должно вызывать возмущение всех. И, как индикатор, на эти настроения должны реагировать правоохранительные органы. Но этого нет. Причем, не только в нашем городе. Все мои коллеги жалуются, что просить правоохранительные органы вмешаться в ситуацию бессмысленно. Они руководствуются своими инструкциями. Но у нас нет своей службы, которая бы имела право силовыми методами регулировать эти процессы. Мы обычная техническая служба. Максимум, что мы можем — это отрезать человека от газа, но для этого надо соблюсти массу формальностей. И если мы где‑то ошибемся, то в суде нас обяжут это все восстановить за свой счет.

— Известно, что Облгаз сейчас освобожден от возмещения какого‑либо ущерба, что ставит Вашу структуру в неравноправные отношения с теми, кто подает на Горгаз в суд. Как это было, например, с нанесением ущерба в 40 тысяч гривен жительнице Александро‑Калиново ( «Провинция» № 48 от 26.11.2008). Как Вы считаете, если условия неравны, то может быть, сильной стороне нужно быть снисходительней к слабой? Не станет ли мягче Ваша политика в отношении с частным сектором?

— Надо каждый конкретный случай рассматривать отдельно. К сожалению, в наших должностных инструкциях нет понятия доброго или снисходительного обращения. Есть услуга — значит, должна быть оплата. Мы не снимаем с себя ответственности. У нас тоже масса ошибок. Но наша задача — выйти на тот уровень, когда мы можем сказать — да, они есть, но их мало. Мы не белые и пушистые, а работяги и, по большому счету, технари. Мы бы хотели, чтобы люди думали о нас, как о серьезных, требовательных, ответственных специалистах.

Беседовал В. Березин.

из статьи понятно, что сын В. Пазио и сын его жены ушли в коммерческую деятельность...

А слова: "детям его я всегда буду оказывать внимание и помощь" следует понимать, что ты в доле с "Конвектором", и что обязанности сотрудников Горгаза будет опять заключаться в выполнении функций "карательных бригад" (см. "Провинция" № 06 от 11.02.2009 или http://www.konstantinovka.com.ua/node/11402), а их непосредственная работа будет проходить через коммерческое предприятие???

Не повтори ошибки своего предшественника :) , как показывает практика, не все способны направить "карательные" меры против населения, могут - на начальника и... "Своего" :)
 

 

"... идет поиск тех элементов, которые мешают работе. Вот мы в кадровом и технологическом вопросе наводим порядок."

1. В Горгазе выдали по одной маске на весь карантинный период. Строгий контроль за наличием той единственной маски ведут все, кто хочет обеспечить себя работой и вниманием начальника.

2. И на территории управления появился "агент 104", всё ходит, что-то "вынюхивает", куда-то докладывает... - у начальника есть кому вести строгий контроль за всеми.