“Обидно, что старики никому не нужны“

В  семнадцать лет мы, комсомолки, пошли на войну добровольно, в восемнадцать я уже была ранена, как и все мои подруги. Теперь я инвалид войны первой группы, сорок лет меня лечили бесплатно, и я еще работала, и уже пятнадцать лечусь за свою пенсию. Несколько лет назад мне выделили женщину по уходу, а теперь ее забрали. Я жаловалась, звонила Г. Небогатиковой, но она сказала, что у меня есть дочь, пусть она и ухаживает. Но ведь дочь меня на войну не посылала, и теперь, когда у меня все болит, я живу одна и не хочу, чтобы мои дети видели мои страдания. В одиночестве иногда кричу от боли на всю квартиру, становлюсь злой, агрессивной, но сама заставляю себя держать в руках.




Сейчас стали отказывать мои искалеченные ноги, сильно болит голова, не сплю по несколько дней, иногда думаю, что-то сделать с собой, но я все же старый солдат. Очень хочу дожить до своего дня рождения. 27 октября мне будет 80 лет. Может, мне все-таки помогут и пришлют соцработника, а то совсем трудно сидеть в холодной квартире. Во всем доме по бульвару Космонавтов, 4 топят, а в моей квартире нет. Уже семь лет с соседями добиваемся, чтобы починили нам сгнивший стояк, даже и комиссия была, и смету обещали на мою квартиру, но все остается по-прежнему. Обидно очень, что государству нужны только молодые, а старики - нет.

Нина Васильевна Баранова.

Мы навестили Нину Васильевну как раз в день ее рождения. Свой большой юбилей ветеран войны встретила в одиночестве, в холодной квартире. Формально не одинокую старую женщину (сын живет в России, а дочь в районе сельхозтехникума) родные поздравят только по телефону. Может быть, к 7 ноября, такова семейная традиция, родственники передадут юбилярше какие-нибудь сладости. Так что бывшая военная радиотелеграфистка одиноко сидит у окна и пытается унять боль в разбитых 60 лет назад снарядом костях, изломанных ребрах, давних ожогах.

- Может мне и не стоит жаловаться, хотя здоровье портится с каждым днем, - рассказывает Нина Ивановна. - Есть и дети, но дочь перенесла операцию, сын живет в Краснодарском крае и ко мне не наездится. Хорошо бы ЖЭК сделал отопление, а то только по телефону отвечают, что денег нет, рабочих нет. В  холодной квартире искалеченные колени болят невыносимо. А больше всего мне не хватает моей “опекунши” из терцентра Наташи, она четыре года ко мне ходила, я к ней привязалась. А с октября она меня больше не обслуживает, некому меня в госпиталь отвезти. Я терплю, стараюсь не  киснуть, не лежать, а то, чувствую, совсем пропаду, говорю себе: “Нинка, держись!”. Неужели я, инвалид войны первой группы, не заслуживаю заботы государства, независимо от того, есть у меня дети или нет? Пока мне помогает соседка, но добрые люди - редкость. Иногда приходится слышать от молодых: “Когда уже вы подохнете?”, как будто они вечно будут молодыми. Говорят, что теперь соцработник может оказывать услуги, если отчислять 5 процентов от своей пенсии. Я уже готова и 10 отчислять, очень уж трудно приходится.

Как пояснила нам директор территориального центра по обслуживанию пенсионеров и одиноких нетрудоспособных граждан Константиновского городского совета Ирина Рябенко, - законных оснований вернуть Нине Васильевне соцработника нет. Терцентр оказывает услуги одиноким  нетрудоспособным гражданам на общих основаниях, независимо от того, есть ли у них статус инвалида войны или нет. Основание - договор между службой и потребителем и медицинская карта, где указана степень  нездоровья человека. К тем же, у кого есть трудоспособные дети, соцработник прикрепляется только, если они проживают за пределами города, или находятся в местах лишения свободы или на лечении. Таким людям услуги терцентра оказываются за плату в размере 5% от начисленной пенсии. Еще центр может взять на бесплатное обслуживание лиц, чьи дети являются пенсионерами по возрасту или признаны инвалидами с так называемой нерабочей группой по Закону “Об общеобязательном государственном пенсионном страховании” от 29. 07. 2003 г.

- Нам очень жаль, что в случае с Ниной Барановой эти пункты положения вынуждают нас лишить ее помощи соцработника, так как ее дочь живет в Константиновке,  - поясняет Ирина Дмитриевна. - Ситуация сложилась не простая, ведь Нина Васильевна не сказала, что у нее в городе дочь. Через  четыре года об этом в терцентр сообщили “доброхоты”, пришлось соцработника забирать, ведь нарушать свое собственное Положение мы не можем, речь идет о бюджетных деньгах. Ее соцработнику даже пришлось писать объяснительную, что она ничего не знала о родственнице своей подопечной. Хотя, если ее дочь - инвалид, то может быть, она предоставит нам справку от ВКК, и мы возобновим помощь Н.Барановой.

В. Гейзер.

Жалко Нину Васильевну и жалко пожилых людей и нет никакой надежды, что станет лучше. Все мы с другой страны, с историей чуждой нынешним патриотам. Старики не только не нужны власти, а некоторые и своим детям. Я сам из прошлого, для меня светлого прошлого. И когда рассказываешь внучке о преданной Великой стране, о подвиге Великого народа в войнах и восстановлении народного хозяйства, о пионерских лагерях, о работающих дворцах культуры и парках, о развитии спорта и детского технического творчества, о существовавших на каждом заводе базах отдыха и путевке за 15 рублей на 21 день в Пицунду, о веселой поездке шевской помощи колхозам и субботникам, о том, что никто не знал о прблемах с водой и теплом. Для нее этот рассказ, на фоне курящих и пьющих лонгер детях, сидящих на развалинах еще 5 лет назад шумного детского садика и не дымящихся трубах заводов не воспринимается реальностью, а у меня болит сердце, ведь уже 60. Но болет за будущее, будущее наших внуков, в том числе и тех, которые на развалинах детского садика пьют лонгер.
Да и жалеть нас незачем, мы сами всякими голосованиями и референдумами выбрали эту дорогу.
Так, что в путь...