Иван Васильевич сменил профессию, но любовь к красоте осталась

Printer Friendly, PDF & Email
Его скромный дом на поселке Фрунзе украшают сразу две пары белых аистов. Деревянные скульптурки в искусственных гнездах красуются над входом и у трубы. Птицы эти – многолетняя любовь мастера. Он твердо верит, что живые или деревянные, они оберегают дом и приносят счастье всем его обитателям.


За много лет Иван Васильевич Толстых изготовил несколько десятков таких скульптурок, точного числа и сам не помнит. Но никогда свои произведения продавать не пробовал, всегда дарил друзьям и знакомым, так что профессиональным резчиком себя не считает.

Вообще-то 66-летний пенсионер по первоначальной профессии – кузнец. Приехал в Константиновку из-под Курска шестнадцатилетним подростком.

- У моей тетки сын погиб уже после войны, подорвался на найденной мальчишками гранате, так что она взяла надо мной опеку, - рассказывает он о себе. - Пошел учиться на кузнеца в ремесленное, теперь это училище сильно изменилось, зовется профессиональным лицеем, а тогда мы еще в шинельках на занятия ходили. А вот работать кузнецом не смог, зрение начало портиться катастрофически. Пришлось менять профессию, тогда я пришел на предприятие УТОС и так до пенсии там и работал, изготавливал детали к вибронасосам.

Иван Васильевич Толстых и сейчас работает в родном УТОСе, правда теперь он что-то вроде садовника – растит цветы, оформляет клумбы, облагораживает территорию. И уже лет сорок подряд мастер вырезает деревянные скульптурки. Чаще всего это любимые аисты, бывают еще и дракончики, олени, деревянные голуби – все зависит от того, на что больше походит найденная коряга или пень. Впрочем, аисты не всегда состоят из чистого дерева, бывают и комбинированные, для долговечности резчик делает им металлические крылья и хвосты, чтобы выдерживали морозные зимы. Есть у Ивана Толстых и ценители таланта. Многие горожане заказывали у него аистов, даже нынешний мэр обзавелся при его помощи скульптурками этих почитаемых птиц. Несостоявшийся кузнец очень любит работать с деревом, однажды вырезал даже партию шахмат и подарил их другу. Пробовал заниматься и лозоплетением, изготавливал корзинки.

Правда сейчас резьбу по дереву Иван Васильевич забросил – мешает слабое здоровье. Но одну птицу счастья журналисту «Провинции» показал – мастер, один глаз которого практически не видит, все-таки взялся за аиста для УТОСа. Сказал, что не устоял – нашел на клумбе пень и решил, что он как нельзя лучше украсит двор родного предприятия.

- Слабое зрение меня подводит, - жалуется Иван Васильевич, - да и материал для работы найти сейчас не просто. Раньше эти деревяшки были бросовыми, а сейчас ты пойди, найди корягу или кусок дерева, древесина в цене. Вон от парка металлургов, посмотри, что осталось. Повырезали почти все старые крепкие тополя-красавцы, одни пни огромные стоят. И ведь вырубают не те, что пух пускают, а серебристый тополь, пирамидальный. Хорошо, хоть акации пока живые, видать, не годятся на материал, я ведь знаю, что ее древесина очень тяжела в обработке. Да и лозу ту же надо где-то добыть. Раньше ее можно было в районе совхоза «Химик» найти, а сейчас надо ехать подальше, да еще привезти ее на чем-то, вымочить, подготовить к работе. Вообще, я решил это дело оставить.

Из-за зрения Иван Васильевич, человек пытливый и любознательный, вынужден был полностью отказаться и от чтения. Уже десятый год он не может себе позволить ни книгу, ни газету по вечерам – нельзя напрягать больные глаза. Но мастер – человек энергичный и жизнерадостный, нашел себе иные увлечения, теперь его страсть – это цветоводство. Недаром в УТОСе его привечают, как садовника – дома в крохотном палисаднике развел десятки видов цветов: розы, древовидные пионы, ландыши, примулы будут цвести до холодов. И во дворе УТОСа Иван Толстых развернулся как следует, в апреле тут красовались сотни алых тюльпанов.

- Я очень люблю красоту природы, если не могу сотворить красоту в дереве, буду растить красоту в цветах, - рассказывает Иван Васильевич. - Весна у меня самое любимое время года, все распускается. А любимое дерево – цветущая яблоня.

Творческая натура находит применение в обыденной жизни. Если мастеровитого соседа зовут на выручку, то он все старается сделать красиво. Для соседей Иван Васильевич сделал добротное крыльцо-веранду, поставил лавочку. В бывших бараках фрунзенского поселка люди живут, что называются, бок о бок и стараются дружить и помогать друг другу. Дома расположены в уютном и тихом уголке, недалеко от бывшего конного двора, у горы «Каменухи» - так зовут этот холм окрестные жители. Место как раз во вкусе Ивана Васильевича, с удовольствием перебравшегося сюда из пятиэтажки, чуть ли не сельское. Вот только мародеры мешают – бродят ночами вокруг дворов, надеясь на поживу. Недавно добрались и до дома мастера – пытались залезть на крышу, снять самодельный резной козырек из жести и главное, забрать драгоценных хозяйских аистов. К счастью, ничего у них не вышло, мастер услышал шум и воришек спугнул.

Впрочем, похвастаться пенсионер может не только деревянными аистами. В доме у него хранится целая коллекция музыкальных инструментов – балалайка, баян и восемь гармошек.

- Раньше это модно было, никаких магнитофонов и дисков не было, чтоб тебе играли без всяких усилий, люди собирались компаниями и веселили себя сами, - вспоминает Иван Васильевич, - и никому скучно не было. Подростки тогда о такой гармошке мечтали, как сейчас о мотоциклах. Я конечно не образцовый гармонист, но на свадьбы звали часто, каждые выходные. Сейчас это все забыто, отошло, а жаль, мне кажется, человеческое общение тогда было теплее.

Сам хозяин дома на преходящую музыкальную моду внимания не обращает, наяривает на гармони в свое удовольствие, вместе с другом, таким же любителем баяна, часто собираются вместе, чтобы поиграть и вспомнить о любимых, почти забытых всеми песнях.

Виктория Гейзер.