BEFORE THE WAR

Printer Friendly, PDF & Email

Любашины эссе. С этого номера мы начинаем печатать небольшие рассказы, эссе нашей любимицы Любаши Ширкиной-Левицкой. Эта девчушка так ярко ворвалась в Константиновку (переселенка из Луганска), что (чего бы нам очень хотелось) стала где-то лицом будущего нашего города. Сейчас она познает иностранные языки в Киево-Могилянке. Не стесняйтесь — присылайте ваши отзывы. Нам и Любаше это очень важно!

BEFORE THE WAR

Недавно разговаривала с мамой. У нас с ней очень тонкое понимание друг друга, и я во всем склонна ей доверять. Она очень умный человек, и сейчас я ей безгранично благодарна, что я не была в числе тех, кто с эпилептической пеной у рта орал «Луганск — это Россия!» или «Путин приди!». И вот, затронув за чаем тему сепаратизма и баррикад на улице Советской, я пришла к довольно неординарному выводу, и мама, посмеявшись, со мной согласилась. Мне весь этот балаган напомнил, честно, публичный онанизм. Другого слова не найти.

Вот что, скажите мне, что заставило стадо выйти и штурмовать СБУ, военкоматы, ОГА, обстреливать пограничников с утра пораньше, строить баррикады? Я понимаю, к нам приехал бы Ярош со своей дьявольской свитой, и начал насиловать, резать, жечь и убивать с жестокостью средневековых инквизиторов (так нам сказала моя родственница из России по телефону, что нас там режут, жгут и насилуют, это было еще в самом-самом начале сего печального представления). Или у нас прошел гей-парад. Или, не знаю, придумайте сами что-нибудь еще. И это вызывало у некоторых, слава богу, не у большинства, моих знакомых чувство гордости и радости за мифическое что-то.

Ну ей-богу, эксгибиционизм — «вот, нате, любуйтесь, какой у меня большой член! Мне его некому показывать, поэтому вы все это будете видеть!». Прошу прощения за столь откровенную ремарку, больше такого не повторится, обещаю. Если же у кого-то с затупленного языка сорвется сравнение с Майданом, о чем я буду еще писать, — у них под боком стоял «БЕРКУТ». Думаю, это хороший ультиматум. Когда напротив тебя стоят здоровенные лбы, готовые в любой момент по команде своего хозяина (а их обязанность — беспрекословно выполнять даже самые кровожадные приказы, это милиция) ринуться на тебя, попробуй постой. Эти люди действительно бравые, они действительно смелые. А против кого, простите, строились баррикады у СБУ? Кто дышал в спину раздутому ополчению? Ветер? Отзвуки криков бешеной киевской хунты? Кто? То-то. Никто. Никого не было, кто мог бы дать достойный отпор, кто пойдет с голыми руками на амбразуру? Увы, у нас в Луганске, да и везде на Донбассе, весь патриотизм заключен в бессильной амебе нашей интеллигенции.

А интеллигенция, как вы знаете, подобно одноклеточному организму, либо приспосабливается, как это было в годы после революции -17 года, либо мигрирует. Конечно, были одиночные случаи, и это, в своем роде, даже прогресс, но они были успешно подавлены, а батальон «Луганск-1», состоящий из не упавших духом луганчан и все еще верных присяге служителей закона, быстро причислили к разряду фашистов-бандеровцев.

Любаша Ширкина-Левицька, Луганск, 2014 г.