Кулики и вороны

Printer Friendly, PDF & Email
Только на первый, поверхностный взгляд, стилизированное под матрицу советской идеологии, прошлое нашего города может показаться обыденно-серым на фоне отечественной истории. Благодаря открывшейся возможности доступа к архивным фондам и независимой печати, коллективными усилиями все же удается установить истинный и неповторимый исторический портрет малой родины, нашего города Константиновки.


Константиновка, ул.Красная, 1934 г.

Уже в вестибюле филиала областного Донецкого архива (бывшего партархива) нас ожидает приятный сюрприз – на показательном стенде висит ксерокопия циркуляра Общества портлендского цемента Краматорского завода в Константиновке, датированного 20 июля 1917 г., скрепленного печатью с изображением пушки, а рядом - почтовый конверт с аналогичным адресом. Эти и последующие документальные факты напрочь отвергают прежний стереотип дореволюционной Констаниновки, как захолустного поселка с полуголодным существованием живущих в лачугах рабочих, спящих и видящих, когда же придут благодетели-большевики, обещавшие все и сразу. Все было далеко не так, как впоследствии внушалось трем-четырем поколениям константиновцев. А как? Давайте заглянем на пожелтевшие страницы документов из партийного архива...

Из протокола собрания на железопрокатном заводе (впоследствии - им.Фрунзе) за 1918 г. (в период правления Гетьманата в Украине и в городе) по составлению коллективного договора, становится понятно, что рабочие получали ведомственные квартиры с электроосвещением. Как тут не вспомнить, для сравнения, что в пос. Новоселовка первая лампочка Ильича зажглась в середине 50-х годов, т.е. 30 с лишним лет спустя. Далее, на том же собрании, рассматривался вопрос об освобождении квартиры рабочей, имеющей частное домостроение на территории поселка. Существовали больничные кассы, правление завода, как и раньше, обязывалось выдавать кредиты, стройматериалы на постройку и ремонт частного сектора, а также топливо для рабочих. Закреплялись 8-часовой рабочий день и 6-дневная рабочая неделя. В горнопромышленном секторе Донецкого бассейна 8-часовой рабочий день закрепился с 28 марта 1917 г. В этот же период категорически запрещалось, даже несмотря на просьбы профсоюзов, использовать на предприятиях женский труд в ночные смены.

Интересными и в тоже время противоречивыми данными и экспонатами из городской жизни досоветского периода изобилует Константиновский музей и краеведческая литература автора и активного собирателя фондов музея Б.Н. Донцова. Без сомнения, занимаясь историей города, упомянутый автор имел доступ к закрытым в то время архивным фондам и, следовательно, знал городские тайны.

«Доведенные до отчаяния невыносимыми условиями труда и жизни, константиновский пролетариат…» - читаем у Донцова, а видим на музейном стенде фото рабочей семьи и кучера на повозке, отнюдь не страдающих недоеданием, одетых в добротную одежду. Рядом висит расчетная книжка рабочего и две страницы из какой-то другой книжки. На отдельных страницах запись о штрафах. Пояснение находим в книге краеведа: «расчетная книжка И.Чумичкина… В январе 1912 г. его заработок составил 14 руб. 98 коп., а удержано за штрафы 16 руб. 40 коп». Автор, вероятно, рассчитывал на сообразительность грядущих читателей и посетителей музея. Вспомните, каким был рабочий Власов из романа М.Горького «Мать» (постоянно пьяным). Нет, не приплачивали бельгийцам рабочие, хотя наш Иван не хуже Власова умел «отрываться». Поэтому ни на одной странице всей расчетной книжки нет ни единой записи о штрафных вычетах. Как нарочно, Донцов оставил упоминание о сформированном в 1918 г. из константиновских рабочих красного партизанского отряда под командованием А.Реута, указав, что в музее есть его фото. Надо думать, посвященный автор умышленно ввел в заблуждение будущих краеведов, которые, не обнаружив в фондах музея фотографии и любой информации об А.Реуте, непременно докопаются до истины. Вот я и решил «докопаться».

Доныне тайну преступления А.Реута хранит областной архив в ф.16 оп.1 спр.47. На листе 51 этого дела есть заявление отца изнасилованной и убитой дочери, который обвинял красного командира в содеянном злодеянии на основании свидетельств очевидцев.

В досоветский период интенсивно разрастался и обустраивался поселок Дмитриевка, постепенно превращаясь в индустриально развитый город, забиравший на себя функцию регионального центра Константиновки, Дружковки, Краматорска и пос. Нью-Йорк. Протоколы №№ 1-3 от 29/VIII и 23/IX 1917 г. собраний объединенного районного исполкома указанных городов фиксируют место проведения собраний и общих съездов – территория нашего города. Вот выдержка из протокола: «… Но выборов (в волостные земства) не проводили, ожидая выделения поселка Дмитриевский в городскую единицу… к выборам в уездные земства не готовились, надеясь провести выборы в городскую думу…». И только большевистский переворот надолго отодвинул срок приобретения юридического статуса для города.

Работал кинотеатр. В то время его называли кинематограф или кино Германти. В его здании часто проводились общегородские собрания. В советское время сначала оно было переименовано в кинотеатр им.Шевченко, а затем здание было переоборудовано под фирменный магазин совхоза «Берестовой». Примечательно, что питейные и увеселительные заведения располагались на верхней, самой последней улице, подальше от глаз добропорядочной публики. Это уже в советское время питейные ларьки и генделики атаковали проходные заводов и трамвайные остановки.

Озеленялись улицы. Одна из таких, благодаря этим мероприятиям, и получила название Посадковая. Будем надеяться, что у современников достанет ума возвратить первоначальное историческое название улице.

На вопрос, кому верили и как боролись за свои права наши земляки, пусть ответят архивные документы. Вот показательная выдержка из одного доклада большевиков: «Авторитетом среди рабочих здесь пользовались эсеры, меньшевики… Работой профсоюзов руководили меньшевики и эсеры… Влияние это оказывалось еще в первые дни… Продовольственный комитет был также захвачен меньшевиками… В то время большевистская организация была здесь незаметна». Дважды проведенные выборы в городскую думу в 1917 г. для верных ленинцев, оказались провальными.

Еще одна выдержка из воспоминаний участников тех событий: «В Константиновке царило засилье меньшевиков, правых эсеров, членов национальных партий, бунтовцев, украинцев, серповцев, потому большевикам приходилось работать под маркой центристов».

Жители Константиновки не приняли октябрьский переворот. Общее собрание подрайонного совета призвало все демократические организации и соцпартии к созданию единого фронта во имя спасения всех завоеваний февральской революции. Даже с конца декабря 1917 г., когда на три месяца российские советские войска оккупировали Донбасс, жители Константиновки продолжали признавать только законно избранную городскую думу. Дорого пришлось заплатить непокорным горожанам.

Вот протокол № 9-43 от 8/II.1918 г. г.Дружковка прямо свидетельствует, как на самом деле насаждалась власть советов, стоит его привести полностью: «На пленарном заседании исполкома штаба, было заслушано сообщение о том, что в Константиновке, благодаря саботированию меньшевиков против советской власти, дела были в застое. По приезде наших представителей и членов чрезвычайного штаба армии, латышей, удалось установить порядок и образовать чрезвычайный Константиновский военно-революционный штаб». Учитывая особую жестокость упомянутых действий, можно только догадываться, какими «мирными» методами проводилась карательная акция.

Стоит привести еще одну выдержку из книги Б.Донцова «Константиновка»: «Большевики вели активную революционную работу среди трудящихся… разъясняя значение ленинского лозунга о превращении империалистической войны в гражданскую». С этих дней граждане Константиновки и были втянуты в гражданскую войну.

Любая аргументация «деяний» большевиков за так называемый «советский период», у многих коммунистов не вызовет ожидаемого раскаяния. Серийные убийцы, как показала судебная практика, находят для себя оправдательную мотивацию своих преступлений и сожалеют не о содеянном, а о том, что попались.

Н.Корниенко, житель Константиновки.