Слово об Олексе

Printer Friendly, PDF & Email
Тихо довкiл Тихого Олекси -
Стомлена за нiч Дружкiвка спить,
Над Торця затуманiлим плесом
Нiч, немов безпам’ятство, стоїть...
За горою Іжiвка заснула
В бур’янах, немов у колючках -
Їм у сноведiннях iз минулого
Хоч коли з’являється земляк?..
Засинає важко Україна,
Загасивши свiчку уночi -
Хоч на мить згадає свого сина,
Що навiк на Байковiм спочив.
Тихо довкiл Тихого Олекси -
Все мовчить, немов у рот води...
Лиш верба плакуча, що над плесом
Пам’ятником докору стоїть...


Юрiй ДОЦЕНКО




Обелиск памяти Олексе Тихому, установленный 26.01.2007 г. в школе в Алексеево-Дружковке

Алексей Иванович Тихий пришел в мир Божий 27 января 1927 года на хуторе Ижевка Константиновского района Донецкой области. Отец Иван, рабочий, умер после войны. Мать Мария, крестьянка, умерла уже во время его последнего заключения. Брат Николай, на два года старший, погиб на войне. Были у Алексея сестры Зина и Александра.

Еще в 1948 году Алексей был ненадолго арестован за критику кандидата в депутаты. Учился в транспортном и сельскохозяйственном институтах, работал в Златоусте. Закончил философский факультет Московского университета. В Москве вступил в брак с Ольгой, в 1949 г. родился сын Николай. Но он не мог оставаться в Москве, вернулся в Украину. Работал учителем в школах Запорожской и Сталинской областей, преподавал историю, украинский язык и литературу, физику и математику. Это был универсальный учитель, который мог и хотел создать свою школу. Неуклонно придерживаясь этих своих принципов, Алексей Тихий обратился в ЦК КПСС с письмом протеста против оккупации Венгрии, за что был 15 февраля 1957 года арестован второй раз. Получил 7 лет заключения в лагерях строгого режима и 5 лет лишения гражданских прав по ст. 54-10 УК УССР. Отбывал наказание в лагере ЖХ-385/11 на ст. Явас Зубово-Полянского района, Мордовия. В неволе близко сошелся с композитором Василием Барвинским, с врачом Владимиром Кархутом, которому помогал составлять книгу о лечебных растениях, с Юрием Литвином, Левком Лукьяненко.

Когда освободился в 1964 году, то в школу – любимому его делу – не допустили и на пушечный выстрел. Правда, в середине 60-х разрешили было работать в вечерней школе в Алексеево-Дружковке, но это длилось недолго. Преподавать так, как он хотел, не давали, а как власть хотела – он не мог. Работал рабочим, приобрел с десяток специальностей, с готовностью ездил на всяческие переквалификации, так как это давало возможность встречаться с новыми людьми, а также работать в библиотеках разных городов. Много странствовал по историческим местам, брал с собою сына Владимира (1953 г.р.). Часто на велосипедах. Посещал многих своих друзей-соузников, развозил литературу самиздата.

15 июня 1976 года во время обыска у Тихого изъяли машинопись “Язык народа. Народ”. Двое суток его держали под стражей “по подозрению в ограблении магазина”. Во время обыска 24 декабря 1976 года обнаружили на чердаке сарая залепленный в глину немецкий карабин системы “Маузер” образца 1898 года, о котором Тихий ничего не знал. Возможно, его еще во время войны спрятал там брат Николай, который пошел на фронт и погиб. 

Арестовали Тихого 4 февраля (за документами – 5-го) 1977 года по обвинению в клевете на советскую действительность (ст. 187-І). По ходу следствия дело переквалифицировали на “антисоветскую агитацию и пропаганду”, ст. 62, ч. 2 УК УССР. Тихого обвинили также в “незаконном хранении огнестрельного оружия” (ст. 222 УК УССР). Карабина, найденного на чердаке. Кстати, сын его Владимир знает, что отца несколько дней держали в Дружковке и предлагали эмигрировать. Не надо даже вступать в брак с еврейкой. Но Тихий отказался: “Мое место здесь, а не за границей”.





Суд в деле Тихого и Руденко был громким, хотя происходил в “ленинской комнате” конторы “Смешторга”, из которой сняли табличку, чтобы ее нельзя было найти. Родных пустили в зал суда лишь на шестой день. Состоялся он 23 июня – 1 июля 1977 в г. Дружковка Донецкой обл. Тихому инкриминировали статьи “Размышления об украинском языке и украинской культуре на Донетчине”, “Мысли о родном Донецком крае”, “Вы и мы”, “Сельские проблемы”, тексты Декларации УГГ, Меморандумов Группы и прочее, хотя Тихий в большинстве лишь подписывал документы Группы. 

Опытный зек не оставил от обвинения камня на камне. Просмотрите лишь стенограмму, сделанную по памяти его сыном Владимиром. Это образец железной логики, терпения, настойчивости, достоинства. Но суд и не собирался доказывать факты “клеветы на советский государственный и общественный строй”. Не говоря уже о цели “подорвать существующий строй”. Приговор суда был определен в Политбюро ЦК КПСС. Как особо опасный рецидивист, О.Тихий получил по ч. 2 ст. 62 максимальное наказание – 10 лет лагерей особо строгого режима и 5 лет ссылки, а М.Руденко тоже максимальное: 7 лет строгого режима и 5 лет ссылки по ч. 1 этой статьи.

Отправили рецидивиста в лагерь “Сосновка”, что в Мордовии. Уже там у него была язва желудка. Его этапировали в больницу в г. Нижний Тагил, возвратили в Мордовию.

Алексей объявлял и выдержал 52-дневную голодовку. Это уже на грани гибели. Содержали его в карцере. Это как раз был комариный период. Его, лежащего на полу, заедали комары. Никакой защиты от них не было, у Алексея не было уже силы их отгонять. В конце концов, его переводят в больницу. Юрию Федорову, который сидел в соседнем карцере и спасался от комаров, сжигая старый бушлат, приказали вынести Алексея из карцера. Юрий позже рассказывал, что был удивлен, какой он легкий, килограммов 40. А был это высокий, когда-то сильный, красивый мужчина.

В октябре 1978 Тихий начал новую голодовку. Его бросили в одиночку. Доктор отказалась его лечить. 18 апреля 1979 года, на 17-е сутки очередной голодовки, у Тихого случилось внутрижелудочное кровоизлияние. В таком состоянии в январе – феврале 1980 года Тихий провел в карцере около 40 суток. Наказывали его за то, что перешел на статус политзаключенного. В частности, что не носил нагрудный знак с фамилией, отказывался от рабской работы, последовательно придерживался голодовок 30 октября (День советского политзаключенного), 10 декабря (День прав человека), 12 января (День украинского политзаключенного). Притчей во языках стали его усы: “Подгоняют наш казацкий род под свой ранжир”. Не сбривал их. За это его наказывали и стригли усы машинкой. Редко письма доходили от него, но уже тогда стало известно, что у Тихого открылись рубцы на легком.

27 февраля – 1 марта 1980 года вместе со всем сосновским “контингентом” (33 узника, один по дороге умер) Тихого перевезли этапом в поселок Кучино, что в Пермской области, где открыли новый лагерь особо строгого режима.

Когда я прибыл туда 2 декабря 1981 года, Тихого в зоне как раз не было. Где-то весной 1982 услышали мы в нашей 17-й камере, что Тихого вернули из больницы, он в соседней 18-й камере. Слышно было, как он рвал. Василий Курило, которого выводили прибирать коридор, сумел переговорить с Алексеем и приносил невеселые вести о его здоровье (а Курило врач): желудок ничего не воспринимает, спайки кишок.

Позже Тихого перевели в нашу 17-ю камеру. Он страдал от лютой боли, но озарял собеседника доброжелательной, такой мучительной улыбкой. Светло-серые глаза его сияли на правильном, красивом лице – вот образцовый украинец, чем-то на Шевченко похожий. Говорил спокойно, рассудительно, никогда не употреблял бранных слов или жаргона, язык его был образцовый по лексике,  стилю, какой-то почти слишком правильный – так пишут, а говорят проще. При этом был человеком железной воли, редчайшей толерантности и исключительной терпимости. С ним нельзя было поссориться.

Много читал и осмысливал прочитанное, затевал разговоры на философские темы, особенно любил психологию, этику. Достойными собеседниками его были Михаил Горынь и Юрий Литвин, но их скоро развели по разным камерам. Любимая тема его разговоров – педагогика. Это был бы выдающийся педагог, но, говорю же, вместо кафедры он имел каторгу. В этом понимании в его лице имеем “пропащую силу”. Тихий четко сознавал, что дело освобождения нации требует жертвы наилучших. И это нормальное, естественное поведение сознательного человека, который уважает себя и чувствует себя гражданином своей родины. Когда твой род, твой народ под угрозой – гражданин прилагает усилия, чтобы устранить угрозу, а даже кладет за сообщество свою жизнь. Но одно дело идти на бой в составе целой армии, совсем другое – восставать одному или с небольшой группой одержимых...

В последний раз я видел Алексея Тихого 7 марта 1984 года. Вывели меня с сокамерником Балисом Гаяускасом убирать снег возле прогулочных двориков, а дверь не закрыли. Видим - ведут коридором Алексея. В длинном полосатом бушлате, держит он черную свою котомку в руке. Это – на этап. Говорили потом, что повезли его на станцию Всехсвятская в больницу, потом в Пермь. Там разрезали, посмотрели, что смертельные метастазы уничтожили желудок, зашили и оставили умирать. Этот, по выражению Евгения Сверстюка, Дон Кихот ХХ столетия с лицом европейского президента, пошел на смерть так, как его предки шли на палю (на кол).

Со временем, уже на воле, рассказывали, что Алексею в Перми 19 апреля 1984 года предоставили короткое, на 40 минут, свидание с первой женой, москвичкой Ольгой Алексеевной Тихой, и Владимиром, сыном от второго брака (он жил в Киеве). Тихий был ужасно худой: при росте 178 см он уже в 1981 году весил 40 кг. Желудок уже ничего не принимал. Его ввели под руки, у него даже облезли ногти, но улыбался, был спокойный и просветленный духом. Говорил, что прощает всем, даже своим гонителям. “Помните Нагорную проповедь”, – сказал на прощание.

Позже мы узнали, что умер Алексей 5 или 6 мая: его оставили безнадзорным и обнаружили мертвым 6-го. Но тем временем Лукьяненко высчитал сороковые сутки от 2 мая и предложил помянуть Олексу Тихого голодовкой, а 39, 40 и 41 сутки еще и молчанием. Говорили мы лишь самые необходимые вещи шепотом, чтобы надзиратели не слышали и не видели. Администрация быстро догадались, в чем дело, высчитала инициатора и снова бросила его в карцер. В тот же год так же мы почтили Юрия Литвина и Валерия Марченко, в следующем году – Василия Стуса...

Похоронили Алексея Тихого на кладбище “Северное” в Перми в присутствии сына Владимира. Сын хотел забрать отца на Украину, но ему сказали: “Если будете настаивать, то результаты бактериологического анализа могут показать гепатит, и тогда не заберете его никогда”.

В ноябре 1989 года гроб с телом Олексы Тихого, Василия Стуса и Юрия Литвина Украина несла на плечах через весь Киев – в вечность. Их всех троих захоронили на Байковом кладбище.

Тихого почитает общественность. 23 января 1994 года в Дружковке состоялась научная конференция в честь памяти о нем, издана брошюра ее материалов. Там же основан Благотворительный фонд им. Олексы Тихого, который проводит ежегодные конкурсы на лучшие работы по вопросам правозащиты. Цель фонда – “сооружение в г. Дружковка памятника выдающемуся украинскому правозащитнику Олексе Тихому, издание ее произведений”. Задача – “национально-патриотическое воспитание молодежи путем изучения и популяризации произведений О.Тихого, его концепции возрождения национальной культуры на Донетчине и его правозащитной деятельности”.

В ноябре 2006 года Президент Украины В. Ющенко наградил (посмертно) Тихого орденом “За мужество” 1-й ступени.

Этот человек вошел в пантеон героев Украины, которого вместе со Стусом, Черноволом, Лукьяненко, Светличным, Руденко называют совестью нации.

Выходца из Донетчины знают в мире как правозащитника, одного из десяти учредителей Украинской Хельсинской группы. В первом документе группы Декларации так и подписано: “Олекса Тихий - Донецька обл., Костянтинiвський район, хутiр Iжевка”. 

А знаем ли Тихого мы, его земляки, что живут, ходят по тем местам, где он родился, вырос, учился, работал учителем, где его дважды судили за “антисоветскую деятельность” и откуда он был выслан на муки и смерть в мордовские и уральские лагеря?

По материалам воспоминаний члена Украинской Хельсинской группы
с 1978 года, бывшего политзаключенного, правозащитника, публициста
Василия Овсиенко.