Профанация истории. Часть II

«...История одного города» и глупости его жителей, или глупость краеведов?

Printer Friendly, PDF & Email

Журнал генерал-фельдмаршала князя А.А. Прозоровского 1769-1776

В июне 1770 года Прозоровский, заместитель командующего 2-й русской армии, направил графу Чернышеву, военному министру, описание Запорожских вольностей. Этот меморандум, считают некоторые историки, и послужил обоснованием для ликвидации Запорожской Сечи в 1775 году. Екатерина II запретила употреблять и само название — запорожские казаки. Она планировала полное уничтожение в памяти людской даже имени запорожского.

Вот отрывки из Прозоровского: «Земля их имеет... в длину от Бахмута до реки Буга — до 600, а в ширину... 350 верст.

Запорожцы имеют людей всякого звания тысяч до ста, ибо они в ныне продолжающююся войну вновь населили и беспрестанно населяют убегающих из Малороссии... по рекам Самаре, Орели и по Кривому Торцу».

Позволю себе краткий пересказ. Татарский набег 1769 года не стал неожиданностью для запорожцев. Они эвакуировали население и укрыли его центральной части Вольностей. Исключением стали лишь некоторые окраинные территории, например наша.

Когда татарский набег 1769 года закончился, Запорожье почти не пострадало. Казаки восстановили старое и начали занимать земли Новороссийской губернии с «...служащими Донецкого полку пикинерами по реке Орель, а от вершины оной по старую линию, а также и от Изюмской провинции». Отнимая селения, хитрые запорожцы одновременно слали жалобы в Петербург на якобы чинимые притеснения против них...

Кроме отнятия сел и деревень, запорожцы начали строить паланки против городов Бахмута, Тора и Изюма и близ самой старой линии... Они развернули агитацию среди крестьян, призывая их переселяться на земли Вольностей, обещая отмену налогов на два года. «Почему в один год накликали и населили прежде упомянутые, дворов более двадцати тысяч, слободы действительно из жителей Новороссийской губернии и частию из Малороссии и Слободской губернии».

После этого начались непрерывные набеги на соседей с целью грабежа, разорения, убийства для очистки земель. «Теперь запорожцы населя на отнятых землях против всей Новороссийской губернии... до реки Донца и Слободской губернии, против Изюма, Тора, а также и против Бахмута великия слободы...»

Кроме того, запорожцы, по версии Прозоровского, развернули информационную кампанию, посылая прошения «об отдаче им земель по их Батыревой грамоте... чтоб всю Елисаветградскую провинцию свесть и им отдать, а также земли от устья реки Орели по Донец до донских селений. В которую дачу входят города Тор, Бахмут с принадлежностьми, а также и Бахмутской гусарской полк».

А что у Новосельского — Карповой? Они приводят мнение историка В.М. Кабузана (1976 год): «На территорию Бахмутской провинции запорожцы не проникали, так как не считали ее своей».

Из интернета можно подобрать факт на любой случай жизни. Вопрос лишь в квалификации исследователя. А как шел поиск? (с. 34).

ЗАПОРОЖСКИЙ СЛЕД

Всякая книга имеет свою историю. Глава «Запорожский след» писалась долго. Год? Полтора? Об этом лучше спросить у дружковских краеведов, которые в течение последних года — двух при каждом появлении А.Новосельцева до хрипоты и ссор между собой обсуждали предложенный Андреем вопрос: «А были ли запорожцы?» «Нет документального подтверждения, — не было на месте нашего города в XVIII веке и запорожцев», — так он отбивал апелляцию к здравому смыслу, который подсказывал, что есть, например, географические карты. А еще была дискуссия: «Речек Грузских много, поэтому бикет на Грузской это не в Константиновке».

В молодости, при начале занятий философией, мне было внушено правило: «Дискуссия идет на уровне самого низшего ее участника». Поэтому я даже не садился за стол. Где-то в углу листал литературу, ездил просто пообщаться с друзьями.

У Остапа Бендера было 400 сравнительно честных способов отъема денег у населения. Наш герой изобрел 401 способ отъема... исторических источников. Бедные дружковские и константиновские краеведы... Они смогли разыскать немного. Достаточно посмотреть на источниковедческую базу «Запорожского следа».

Я расстарался больше всех, из Херсона привез (уговорил записать и прислать) запись восстановленной В.Трискибой, потомком запорожцев, истории своей семьи. Дал Виктору описание Тоттом татарского набега, других материалов по теме у меня тогда не было. Трискиба не ограничился опросом стариков. Он в Киеве еще в начале 1980-х добрался до первой переписи украинского населения в наших краях в 1731-1732 гг. Там он увидел фамилию своих предков — Скиба, Трискибами они стали в 1769 году. Есть у него и факты народной этимологии, подтвержденные через архив. Об этом его статья в «Провинции» от 08.08. 2012.

Но авторы предпочли игнорировать источники, которые идут вразрез с их гипотезой. А как вам нравятся необычные методы работы историка по поиску самих источников?

Почему я начинаю разбор книги именно с этой маленькой главки? Другие темы истории города, за исключением нескольких, уже более-менее разработаны. Есть с чего писать. А здесь, как говаривал Петр I, «глупость каждого видна будет».

Должен ли историк, приступающий к работе над темой, познакомиться с историографией, с тем, что писали по твоей теме до тебя коллеги? Должен ли историк уважать тех, кто работал раньше? Ответ очевиден.

Дадим слово авторам «Истории одного города» : «О запорожских казаках в крае встречаем в известной работе Ф.Макарьевского «Материалы для историко-статистического описания Екатеринославской Епархии…» 1880 года. Вот уже более 130 лет эта работа остается единственным источником интерпретаций на данную тему» (с.33).

Унизительно вести полемику с человеком малограмотным. А письмо Прозоровского, получается, не источник? А, может, для начала надо заглянуть в Википедию с прекраснной статьей «Исторические источники», чтобы хотя бы понять, о чем идет разговор.

Передо мной краеведческий сборник, который издает управление культуры ДГА и Донецкий краеведческий музей «Літопис Донбасу» №13 за 2005 год. Журнал в обязательной рассылке для всех краеведческих музеев области. Свой ведомственный журнал читать музейщикам надо?

В №13 три статьи на интересующую нас тему: І.А. Корнацький «Запорізько-бахмутські зв’язки у XVIII столітті» (10 позиций цитированной литературы), О.Копил, Д.Кравець «Козаки на Дінці» (19), О.А. Загоруйко «Освоєння запорізькими козаками просторів Донецького краю: історіографія проблеми» (18). Здесь источников существенно больше, чем нашли наши авторы, Макарьевский — один из многих. Об интернете, где в свободном доступе сейчас выложены десятки работ по теме, в том числе и источники, я и не говорю.

Посмотрим, как характеризуют свой «единственный» источник авторы: «В первую очередь, необходимо отметить, что в работе Макарьевского не указаны источники информации, которые до сих пор остаются не установленными историками. По стилю и содержанию… можно предположить использование фольклора: сказаний, легенд» (с.33).

Чем не угодил авторам почтенный церковный историк позапрошлого века? Тем, что объехал свою епархию и по каждой церкви собрал материал о ее возникновении? И если селение было на месте «старовинного запорожського займища», то он так и писал.

А теперь почитаем специалиста из Донецкого обласного краеведческого музея О.Загоруйко: «Грунтовною роботою для вивчення питання освоєння запорізькими козаками просторів нашого краю є праця єпископа Катеринославського та Таганрозського Феодосія (Макар’євського). Твір був написаний на широкій джерельній базі, серед якої значне місце посідає церковна документація (архіви Консисторії, архієрейського будинку, Самарського монастиря), а також друковані видання (Гавриїла Розанова та інших)».

Кому верить, – донецкому историку или авторам «Истории одного города», — пусть решают для себя читатели.

В «Кодексі професійної етики краєзнавця» сказано: «У своїй науково-дослідницькій роботі краєзнавець зобов’язаний дотримуватися наукових підходів, всебічного розгляду обраних тем чи проблем та об’єктивного їх висвітлення. Краєзнавець є активним поборником професійного вивчення минулого рідного краю, активного використання документальної та джерельної бази, попередніх напрацювань вітчизняних та зарубіжних учених. Краєзнавцем не може бути дослідник, котрий вивчає історію вибірково чи фрагментарно… спотворює істинний перебіг досліджуваних подій…»

А теперь о главном: без славного прошлого нет славного будущего.

И.Бредихин.