«За что нам такое?»

Printer Friendly, PDF & Email

Уважаемая редакция “Провинции”! Являясь читательницей вашей газеты, обращаюсь к вам за помощью.

На Пролетарской улице, где я проживаю с самого дня своего рождения, вблизи моего дома растет аварийное, старое, огромное, очень высокое дерево, своими ветвями “вросшее” в провода общей электролинии и накрывшее половину крыши моего дома, до самой трубы.

По моему последнему заявлению в горисполком о том, что это дерево, растущее рядом с тротуаром возле шоссейной дороги, представляет собой опасность для пешеходов и проезжающего транспорта, опасность для здоровья и жизни человека, опасность разрушения имущества, реакция последовала. Но какая?

Утром, 6 июня, прибывшие на место работники ДТЭК, с грубейшими нарушениями правил техники безопасности (стрела подъемника проходила между необесточенным электропроводом и интернет-проводом!), спилили часть веток. При этом ветки были такой большой длины, что падали на крышу моего дома, били по его стенам.

Работы не должны были проводиться раньше назначенной комиссии. По просьбе зампреда В.Василенко Бугаев (ДТЭК) распорядился спилить дерево над крышей, т.е. было скрыто ее разрушение деревом. В итоге дерево полностью не спилили, ветки срезали кое-как, так что на месте одной скоро вырастет несколько. Многолетние деревья положено убирать полностью. Или я не права?

Пенсионерка Л.А.

PS.

Этот дом лет 90 назад построил мой дедушка, работавший мастером прокатного цеха металлургического завода — фронтовик, инвалид I-й мировой войны. В 1937 году его репрессировали без суда и следствия, без права переписки, как политзаключенного, хотя политикой он никогда не занимался и при обыске ничего не нашли. Дома остались его жена, неграмотная крестьянка, инвалид II гр. 1895 года рождения, и их единственный ребенок, 15-летняя дочь, моя мама.

Дедушка не вернулся. Семья была врагами народа. Маме угрожали, что если она будет узнавать об отце, ей будет то же, что и ему. Маму на работу не принимали, дом хотели отобрать за неуплату налогов. Нечего было есть, не было одежды, топлива. Они голодали, замерзали. Добрые люди посоветовали маме скрыть, что ее отец репрессирован и она в автобиографии написала, что он умер. Тогда маму приняли на работу, на стройку, подсобной рабочей... Работала и училась в вечерней школе... Стала кадровым работником заводоуправления, инженером... Ее удостоверение Ветерана труда по заводу — №2, удостоверение №1 было выдано директору завода В.Д. Павловской.

Я родилась в голодный послевоенный 48-й год. У меня с детства больное сердце. Как и мама, после школы работала и училась заочно. Должности ниже ИТР никогда не занимала, закон не нарушала, а мне на старости лет разрушают мое жилье.

За что нам такое?